Раз в тысячу лет. Это было легко на грани срыва. Первый раз. Легко и с удивительно счастливым концом.
Ночь наступала. Значит наши побеждают. Солнце в единственно приемлемом закатном виде разбудило меня. Где-то очень далеко летучие мыши и сны о прошлом. В этих снах мы кружимся и не падаем. Уходим, возвращаемся и пьем вино как вампиры пьют кровь, и удаляется мир за границы наших владений – черный замок пустоты возникает во тьме – наш замок. Наши слова шепотом и песни – криком, окна – глаза в слепой свет фонарей и мягкую тишину домов, светлая серость неба под фиолетовым куполом небес и одна звезда так далеко что проклятье ее рождения настигнет нас через вечности, две или четыре.
Я и они уходит спать в чуланы с малюсенькими и полусгнившими. Мы возвращается в жизнь. Мы возвращаем жизнь. Мы – жизнь, пугающая мертвецов. Мы единственные переживем вечность. Страх собственных иллюзий – единственный. Умение ждать – вера. Умение видеть – когда закрываешь глаза. Сложные слова искрятся среди тысячи пустых фраз, мозаика смысла в одном окне – витраж откровения, в другом – отчаяния. Мы Янусы с разорванным сердцем на две стороны вселенной между четырьмя возрастами Истины. Я на горе. Я в себе.
Может быть, я просто ловлю кайф от неожиданных стремлений своих подводных течений изнутри еще выше еще глубже и океаны мерцают в небе тысячами пузырьков света.